Джоаккино Россини (Gioachino Antonio Rossini)

«После смерти Наполеона нашелся человек, о котором все время говорят в Москве, как и в Неаполе, в Лондоне, как и в Вене, в Париже, как и в Калькутте. Славу этого человека ограничивают только рамки цивилизации, а ему лишь 32 года». Такими многообещающими словами французский писатель Стендаль начинает свою книгу о Россини. И действительно, среди композиторов XIX века не найдется ни одного, творчество которого вызвало бы столь же единодушный прижизненный прием у современников и широчайшее повсеместное признание.

Но как удивительна и неповторима биография этого

Джоаккино Россини
 подлинного баловня судьбы! На восемнадцатом году он начинает писать для музыкального театра, а спустя три года к нему пришел ослепительный успех. За тринадцать лет он написал тридцать три оперы. В 37 лет Россини заканчивает свою тридцать восьмую оперу, после чего умолкает как оперный композитор, хотя проживет еще 39 лет! В лучшие, зрелые свои годы, в расцвете сил и здоровья, он не пожелал более работать для музыкального театра и почти отказался от творческой деятельности, живя в довольстве, окруженный поклонением. В чем же причина такого странного поворота в блистательной судьбе Россини.

Джоаккино Россини родился 29 февраля 1792 года в небольшом городке Пезаро, расположенном у Венецианского залива, среди живописных лесистых холмов. Его отец был валторнистом из числа бродячих музыкантов, странствовавших с ярмарку на ярмарку в сборных оркестровых ансамблях. Мать Джоаккино – актриса, славившаяся красотой, которую наследовал ее сын. Семья Россини кочевала из города в город, из труппы в труппу: муж играл в оркестре, жена пела на сцене.

С детских лет Россини привык к запаху театральных кулис и праздничной атмосфере театра. В детские годы он бессистемно занимался музыкой, а затем, переехав в Болонью, город старинных музыкальных традиций, совершенствовался в тамошнем лицее. Здесь он и прославился как певец, пианист и дирижер, встав впервые за дирижерский пульт в 14 лет. В 1810 года 18-летний Россини безраздельно отдается творчеству: начинает с небольших фарсов и вскоре переходит к созданию крупных оперных сочинений.

Заказы антрепренеров ведут его из одного города в другой. Он выступает и как автор, и как дирижер спектакля, сочиняя по нескольку опер в год. На первых порах успех и повал чередовались с непоследовательностью лотерейных выигрышей и проигрышей. С 1813 годом связана первая большая удача – его десятое по счету музыкально-театральное произведение – опера «Танкред». Через три с половиной месяца Россини поставил еще одну оперу – «Итальянка в Алжире», закрепившую его известность.

«Танкред» и »Итальянка» представляют собой две разные струи оперного творчества Россини. Первая рождена стремлением воплотить тему гражданского звучания, драматические коллизии. Это своеобразный отклик Россини на национально-освободительное движение, захватившее лучших людей Италии того времени. Однако музыке Россини не хватает огненной страсти Бетховена. Она отмечена скорее условным, подчас бутафорским пафосом, хотя в своё время ранние россиниевские оперы сыграли прогрессивную роль в оживлении итальянской музыки, в освобождении её от шаблонов рутины.

Другая струя его творчества – безудержно стремительные по сценическому темпу и музыкальному развитию комические оперы, наделённые ловко запутанными, веселыми интригами и то чарующими, то искромётными мелодиями. Комические оперы Россини, лучшая из которых «Севильский Цирюльник», оказались в целом более жизнеспособными, нежели его произведения драматического или героического плана.

Пути дальнейшего творческого развития Россини определились к 22-летнему возрасту. К этому времени жизнь композитора становиться более обеспеченной: фундамент его славы прочно заложен. В течение восьми лет Россини связан контрактом с опытным неаполитанским антрепренером Барбайей (некогда посыльный в небольшом ресторанчике, расторопный и предприимчивый, он вскоре нажил крупное состояние). В его распоряжении был один из лучших оперных театров Италии, а с 1815 года к его услугам и лучший итальянский композитор, обязавшийся давать ему в год по две оперы: одно произведение следует за другим.

В 1821 году Россини покидает Неаполь. Он рвется на широкие европейские просторы и держит путь прежде всего в Вену – центр серьезной симфонической культуры, город Гайдна, Моцарта, Бетховена, где начинается триумфальное признание Россини за пределами Италии. Здесь была поставлена его новая опера «Семирамида». Далее он переезжает в Лондон, а затем на долго обосновывается в Париже. Либреттисты осаждают Россини предложениями сценариев для опер. Но он медлит с выбором сюжета. Кончился бурный период его молодости. Он хочет обуздать творческое вдохновение, ищет непроторенных путей.

 В 1829 году Россини наконец  ставит «Вильгельма Телля». Шесть месяцев он работал над этой оперой – небывало долгий для него срок, если принять во внимание, что «Севильский цирюльник» был написан за девять дней! Премьера оперы в преддверии революции 1830 года имела шумный успех. Наступившая вскоре политическая реакция, однако, ограничила распространение «Телля» на театральных подмостках других стран. Изменялось название оперы, перекраивался сюжет, калечилось содержание. Но, вопреки этим препятствиям, она неуклонно завоевывала широкие круги слушателей, и до сих пор сохранилась в репертуаре театров.

Россини более не писал опер. Идя навстречу новым художественным тенденциям, он дал в «Телле» максимум того, что мог дать. Другие молодые композиторы последовательнее воплощали в музыкально-сценических образах романтический идеал. Россини он был чужд. Его гордый и независимый характер, привычка всегда первенствовать на театральных подмостках не позволяли признать и усвоить то новое, что так ярко проявилось в искусстве романтизма 30 – 40-х годов. Он всю жизнь оставался самим собой. Еще когда только занималась заря его всеевропейской славы и Россини упрекали в том, что он не следует по стопам венских классиков, он отвечал: «Говорят, я должен писать, как Гайдн или Моцарт. Если б я даже приложил все старания, то был бы плохим Гайдном или плохим Моцартом. Лучше я останусь каким-нибудь Россини. Кем бы он ни был, но я не буду по крайней мере плохим Россини!..»

Он не пожелал изменить себе и теперь. В 1836 году, после триумфальной премьеры «Гугенотов» Мейербера в Париже, знаменовавших новый этап а развитии оперного искусства, Россини демонстративно покинул Францию, возвратился на родину, сначала в Пезаро, а потом в тихую Болонью, где занимался лишь сельским хозяйством и рисованием. В доме его музыка была под запретом. В эти годы Россини посетил Мендельсон.

Семнадцать долгих лет Россини прожил в провинциальной глуши Италии, и когда переписывался с друзьями из Франции, то подписывался: «бывший композитор» или «пианист IV ранга». В 1853 году шестидесятилетний Россини, недавно вторично женившийся (его первая жена, известная певица, к этому времени умерла), вернулся в Париж и поселился в роскошном особняке. Окруженный неумолчной лестью и почетом, он прожил в великолепном безделии еще пятнадцать лет, сочиняя на досуге мелкие фортепианные пьесы и романсы.

Россини умер 13 ноября 1868 года в своей вилле под Парижем. В 1887 году его прах был перевезен на родину и похоронен в пантеоне Флоренции рядом с прахом Микеланджело и Галилея.

Оставьте первый комментарий

Оставить отзыв

Ваш e-mail (не публикуется).


*