Гайдн Йозеф. Симфония №92, Оксфордская

ГайднИюль 1791 года – заранее точно согласовано и число, и время события. Но вышло так, что Франц Йозеф Гайдн, законодатель Венской классической школы, опоздал. Ведь это сегодня поезд с Лондонского вокзала до Оксфорда идет примерно 60 минут. А во времена Гайдна такое путешествие требовало во много раз больше времени, сил и обязательных контактов с местным населением. При этом композитор не умел разговаривать с англичанами на их языке. Пришлось на ходу менять программу.

С маэстро, который уже больше полугода находился в Англии и провел там успешный концертный сезон, было договорено, что он должен дать три бесплатных концерта, исполнив абсолютно новую, незнакомую в Оксфорде партитуру. На эту роль как раз подошла соль-мажорная симфония, написанная три-четыре года назад для одного парижского графа, который за заказ, к слову, не заплатил.

Итак, Йозеф Гайдн приехал, но на репетицию перед выступлением времени уже не оставалось. Главный церемониальный зал Оксфордского университета был переполнен. Церемония началась с волнительных, торжественных слов о заслугах австрийского композитора. Стоит заметить, что музыка Йозефа Гайдна опередила приезд его самого на целых 18 лет (в Оксфорде классика знали, играли и приводили в пример обучающимся еще с 1773 года).  Далее следовал ритуал, который тоже входил в стоимость почетной докторской степени, – демонстрация образцов мастерства. Формальность, но нужно было представить нечто, что подтверждало бы статус почетного доктора. За всю биографию Йозефа Гайдна так редко просили доказывать свое мастерство, что для него это было забавно и нисколько не обидно. Он представил трехголосный канон, образец которого остался университету на долгую память, как автограф знаменитости. Этой музыкой композитор чуть позже воспользуется в Лондоне, когда решит положить на такие же трехголосные каноны десять Библейских заповедей. Наконец после всех слов и ритуалов, включая, разумеется, и надевание докторской мантии, – исполнение, но пока еще не Оксфордской симфонии. Произведение было подготовлено буквально за минуты и «вытянуто» на мастерстве и обаянии живой легенды. Судьбоносная же историческая Оксфордская симфония №92 при таком же аншлаге и волнении будет сыграна на следующий день.

В XVIII веке современные филармонические правила не соблюдались, и слушать симфонию подряд, не аплодируя между частями, было не обязательно. Музыку воспринимали живо, оркестр управлялся довольно условно, ведь в то время ни о каком подиуме и дирижерской палочке не могло быть и речи. Во время исполнения симфонии Йозеф Гайдн сидел за клавиатурой органа, который находился высоко на балконе, оркестр же располагался внизу. Расстояние было довольно значительным, поэтому на звуки, издаваемые органом, никто не обращал особого внимания. Для образованной, отлично информированной публики было важно одно: слушать Оксфордскую симфонию из рук самого создателя. Тем более что по креативности и качеству создаваемой музыки среди тогда живущих английских композиторов лучше Гайдна никого не было и в скором времени не предвиделось. Не удивительно, что австрийского композитора англичане очень ценили и уважали. Когда на Йозефа Гайдна надели мантию, он эмоционально выкрикнул: «I thank you!» – максимум из того, что композитору позволял его тогдашний английский язык.

В Оксфорде Йозеф Гайдн стал звездой сезона. Уважительно и с радостью отнесясь к предложенным традициям, австрийский композитор практически сразу сам стал одной из лучших английских традиций. Ведь именно здесь ему выписали путевку в жизнь, а правильнее сказать в вечность.

 

Оставьте первый комментарий

Оставить отзыв

Ваш e-mail (не публикуется).


*